Алексей Владимирович Меринов, Если в доме алкоголик - читать онлайн полностью - ЛитРес 4l0.4ulat

Почти Введение, или…

О чем же эта книга?

Мужество, долг, честь, отвага, смелость, решительность…

Правильно – признаки алкогольного опьянения

Начиная эту книгу, я прекрасно осознавал, что данная тема «перепахана» вдоль и поперек. Существует огромное количество руководств по наркологии для специалистов и, не меньшее число популярных изданий. Потрясающее количество разнообразной информации. Просто огромное.

Складывается впечатление, что проблема либо решена, либо, должна вот-вот решиться.

Но, нет. Люди продолжают злоупотреблять алкоголем. Несмотря на доскональное знание «врага» в лицо и, действительно, огромные усилия специалистов.

Мы знаем как, знаем почему. Много, еще чего знаем… Но наш воз остается приблизительно все в том же месте. Успехи, конечно есть, но путаницы значительно больше.

Поэтому, просто написать еще одну книгу просто для пополнения этого уважаемого списка мне совсем не хотелось.

Появилось желание в своем рассказе выйти из привычных рамок. Поразмышлять с читателями о вещах, на первый взгляд, сложных. Но, сделать это максимально просто. Понятно и без «заумностей». Без нравоучений и обличений. Их и без меня более чем достаточно.

Поэтому и возникло желание написать об алкогольной болезни так, дабы целый ряд вопросов, которые стыдно или неловко задавать, наконец-то получили ответы.

Чтобы наркология перестала быть пугающей, непонятной, как в названиях, так и способах лечения. И ясная информация о болезни дошла, наконец-то, до адресатов.

Так родилось название книги.

Врачам часто приходится слышать такие фразы: «Ну вот, допился до чертиков, пора Вам сдаваться», «Если не принесу справку о лечении, с работы выгонят, жена уйдет» и так далее. Почему пациент воспринимает производимое над ним лечение как наказание? Вынужденную, последнюю из возможных меру? Ведь на самом деле, на кону жизнь. Буквально жизнь.

Решение лечится или нет часто сводится к дилемме шекспировского Гамлета: «Жить или умереть?» И алкоголь в данном случае – лучшее оружие самоуничтожения, средство больше «Не существовать».

Но, и это не аргумент…

Почему же вопрос добровольного обращения к наркологу, по сути, по поводу жизни или смерти, обычно не рассматривается, как очевидный признак еще оставшейся любви, небезразличия к самому себе? Почему? Отчего доктора, порой не способны дать это понимание пациенту, тем самым, подарив ему единственный значимый мотив для лечения?

В этой книге мы постараемся шире взглянуть на проблему алкоголизма, впишем его в контекст семейных отношений, выясним и поймем, что же «не так» в подобных семьях. Для того, чтобы понять, как общими усилиями повлиять на ситуацию.

К сожалению, в современной практической наркологии упорно складывается мнение, что исцелять нужно только самого носителя болезни… Что, мягко говоря, не совсем верно. В подавляющем большинстве случаев «кодирований» и тому подобных методов врачевания, воздействие всенепременно направлено на самого «страдальца». Родственники остаются в коридоре. Ожидая возвращения им Нового, счастливого, «закодированного» алкоголика.

Я не зря написал вместо слова «человек» слово «алкоголик». Возвращается чаще всего именно прежний алкоголик с некой «отсрочкой» от употребления спиртных напитков. Что, согласитесь сильно напоминает бомбу с заведенным часовым механизмом.

Семья замирает в вынужденном счастье. Все, как бы, довольны. Он не пьет. Врачи временно «причинили ему добро». Добро на несколько недель, месяцев, иногда лет. Домашние рады. Муж, папа теперь другой. Хороший…

Но, что-то все равно не так. Всегда чувствуется хрупкость и ненадежность сложившейся системы, ее искусственность. Напряжение витает в воздухе. Складывается впечатление, что все мастерски играют выученные роли. Все ждут…

Незаметно нюхаем воздух в прихожей. Нежно целуем его, пытаясь уловить признаки, что наш котенок «опять ходит мимо лотка». Мы то знаем это. Мы ждем этого. Нередко, подталкиваем к этому: «Да что от него ждать, он же алкоголик…»

И скоро появится легкий запах алкоголя, виноватые глаза. Люди не меняются… Мы были правы.

Но, не меняются люди, в том числе и по нашей вине. Они знают правила игры. Бесконечное недоверие, прикрытое ширмой радушия и понимания. Страх неотвратимости.

И, разумеется, у каждого представления, у каждой драмы, есть конец, – финал, когда маски будут сброшены и… Новый запой. Новый врач. Новая магия. Новое ожидание. И, часто, очередной провал.

В начале книги мы рассмотрим сам алкогольный недуг, чтобы знать, с чем же мы столкнулись. Нашей задачей будет понять основные моменты развития заболевания. Определиться с терминами. И вообще понять, есть ли у нас в семье алкоголик или его нет.

Да, и вообще, что же это такое…

Центральную главу книги мы посвятим делам семейным. Бракам, построенным вокруг алкоголизма. Алкогольной «свите». Про эту свиту целая отдельная история. Здесь все слишком непросто, когда речь заходит о особенностях семей, где присутствует зависимый от алкоголя человек.

И речь не идет о его банальном влиянии на семейное окружение, как это обычно принято преподносить. Семья также оказывает воздействие на него, не всегда простое и понятное.

Это одна из загадок заболевания. Лично для меня, вероятно, самая большая. Именно она определила направление моих научных интересов на долгие годы.

Почему эти браки являются столь устойчивыми? Несмотря на боль и страдания, унижения и побои? Вероятно, прав был Оноре де Бальзак, утверждавший, что ничто нас так крепко не связывает, как человеческие пороки. Активно спасая, «причиняя добро» мы, порой, усугубляем течение болезни.

И поэтому, значительная часть этой книги будет посвящена рассмотрению семейных коллизий и особенностей жизни семей алкоголиков. Изучению болезни без отрыва от дел семейных. Это поможет, впервые задуматься о своей роли в происходящем, о той реальной помощи, о поддержке, которую каждый из домочадцев может оказать больному. О своих личных проблемах, о пассивности и не желании замечать собственные ошибки и недочеты.

Для, по настоящему эффективного лечения, должны «созреть» обе стороны. И сам носитель болезни. И «группа поддержки» – созависимые. Которые, как раз, себя «больными» признавать совсем не хотят.

В чем же болезнь? В желании вылечить близкого человека?

Вопрос правомочный, но не совсем корректный. Цель-то святая, кто бы спорил. Но вот реализация… Часто заставляет сомневаться в чистоте намерений. Той ли дорогой идете, товарищи?

И проблемка эта, в ряде случаев, посложнее будет, чем сам алкоголизм. Поскольку, как вам уже стало понятно, ее как бы и нет…

Наш пациент пьет – это очевидно, а мы? Мы же так сильно стараемся ему помочь… В чем наша вина?

Про то, стоит ли себя винить или нет, мы как раз и поговорим. Ответив на этот вопрос, мы больше не поведем «на поводке» нашего страдальца к наркологу, и наконец-то, сможем решить запутанный алкогольно-семейный кроссворд.

А еще в этой части, мы рассмотрим психологические игры, встречающиеся в таких семьях. И подумаем о том, какое отношение они имеют к нашим собственным.

Конечно, не останется без внимания и «генерация А». Говоря проще, дети, родившиеся и выросшие в семьях, где родитель страдал алкогольной зависимостью.

Игнорируемые миллионы…

Люди, проблемы которых наиболее часто таковыми не считаются. Еще бы. Слишком их много, чтобы говорить о них.

Опять парадокс, опять загадка алкоголизма. Когда колоссальная распространенность проблемы, буквально, выводит их «за скобки» нуждающихся в помощи.

Подумаешь, папа у них пил. Тоже мне. Бывает и хуже. Сидите и помалкивайте. А лучше стыдливо отводите глаза. Вам не привыкать. И не о чем тут говорить.

Мы постараемся ответить на все «неудобные» вопросы. А также дать наиболее общие рекомендации, с которых, как нам кажется, следует начать, чтобы выйти из заколдованного круга.

И в заключении книги планировалась глава, посвященная лечению алкогольной зависимости. И, разумеется, созависимости. Глава, посвященная ответу на основной вопрос: а делать-то что?

Все мы теперь знаем, спасибо. А теперь переходим к водным процедурам. То есть, лечению. Хотелось сделать ее короткой, содержащей исключительно рекомендации к действию.

Но, в процессе написания книги, я убедился, что как раз такой «нужной» главы и не потребуется. Описывать «авторские» методы лечения, набивая себе цену не хотелось. А описывать чужие и так нет смысла, про них только самый ленивый не поведал.

Поскольку основной целью повествования ставилось адекватное и простое информирование о правде и неправде, касающихся алкогольной зависимости, а также создание мотивации к изменению собственной жизни, то вопрос, как именно вы подойдете к решению имеющихся проблем не так уж и важен.

Самое важное захотеть. А методов много. И все они направлены на одно и тоже. Иными словами, путей много, но конечная точка – одна.

Эта книга ни в коем случае не «учебник жизни» или набор «точных» правил . Это скорее полуночные размышления врача, изложенные на бумаге.

Мысли, заставляющие задуматься, и посмотреть на некоторые вещи с иной стороны.

Для кого же эта книга?

Во-первых, безусловно, для «непрофессионалов», то есть для людей, на личном примере столкнувшихся с проблемой алкоголизма, для тех, кто пока еще зависим от спиртного. Для их ближайших родственников и друзей…

А также для матерей и отцов, озабоченных судьбой и будущим своих детей.

Возможно, для профессионалов в области наркологии, поскольку в книге изложены личные, авторские и не только, впечатления и рассуждения по поводу природы болезни и подходов к ее коррекции, описаны собственные «озарения», полученные при длительном общении с пациентами и их родственниками, во многом изменившие мои взгляды на суть происходящего.

Думаю, она и для всех тех, кто такими профессионалами планирует стать. Может быть для кого-то еще, кто интересуется данной проблемой. Психологов, педагогов, социальных работников, водителей, шахтеров, военных и станочников…

Одним словом, для самого широкого круга читателей. Итак. Поехали!

Глава первая

Часть первая

Что же такое алкоголь? А алкоголизм?

H2O девиз не наш!

Наш – C2H5OH!

Наверное, в самом начале книги, есть смысл несколько слов сказать о самом веществе об этиловом спирте – С2Н5ОН. Почему вокруг этой маленькой молекулы, сломано столько копий и судеб. Чем она так знаменита?

Наши далекие предки почти всё, что их окружало, пробовали «на зуб» или на вкус. А как еще можно было выяснить, что съедобное, а что не очень, а что и вовсе ядовито? Нормальный процесс.

Наверное, от него пострадало немало человекообразных обезьян и уже сформировавшихся людей. Кстати, этот «способ познания» человечество предпочитает и до сих пор, даже несмотря на ужасные, а подчас смертельные последствия. Стоит только вспомнить о современных наркотиках. Ох, уж этот метод проб и ошибок…

Так вот, перепробовано было очень много, и в результате у нас сформировалось представление о том, что вкусно и полезно, а что нет. Однако в ходе знакомства встречались некоторые вещи, которые, мягко говоря, на вкус были весьма сомнительного свойства, зато обладали другими своеобразными эффектами.

Я имею в виду испорченные продукты, в которых, в результате естественного брожения, образовывался этиловый спирт. Наши предки обнаружили, что эти продукты вызывают эйфорию, изменение сознания, проще говоря, опьянение. Это открытие стало, большим подспорьем для шаманов, жрецов и знахарей. Ведь наркотический, одурманивающий эффект, перемещает человека в мир грез и ложных свершений. Кроме того стало понятно – человек быстро привыкает к «приятным» ощущениям, попадает от них в зависимость.

Итак, путем проб и ошибок мы открыли субстанцию, воздействующую на определенные участки головного мозга и вызывающую эйфорию. Причем данный эффект не вызывается приемом мела или глины, птичьего помета, поскольку нет в мозге рецепторов к ним. Хоть облопайся помета – толка не будет.

А вот алкоголь, кокаин, героин, конопля, никотин совсем другое дело… Конечно, первая рюмка или сигарета не всегда бывают столь волшебными, но… Если с первого раза не получилось, а все вокруг «отдыхают», то останавливаться вроде как глупо. И результат не замедлит себя ждать. Очень скоро появится ощущение расслабленности, потом исчезнет стеснительность, ну и далее все пойдет, как по маслу…

В общем, готово дело – формирование рефлекса запущенно. Возникает устойчивая связь: выпил – хорошо. Не выпил – серая обыденность.

Какое-то время «тайные знания» о свойствах алкоголя принадлежали лишь касте магов и жрецов. Однако, «шила в мешке не утаишь». И скоро широкая общественность поняла – на самом деле чудеса заключаются не в волшебных заклинаниях, а в перебродившем виноградном соке. Так алкоголь начал победоносное шествие по странам и континентам. «Веселое зелье» стали производить в огромных масштабах. И продавать. Спрос огромный, доходы – колоссальные. Производство спиртного стало одним из самых доходных видов бизнеса. Сначала для частных лиц, а позже и для государств… Для некоторых это и сегодня одна из основных статей национального дохода.

И не важно, что финансовые потери любой страны от алкоголя в 3-4 раза превышают доходы от торговли им. Зато есть другие выгоды, покрывающие денежные потери. Именно благодаря алкоголю удалось избежать 90% потенциальных революций и народных бунтов, создания по-настоящему эффективных профсоюзов, демократии.

Это удобно. Однако, это скорее вопросы экономические и политические. Нас же интересует, прежде всего, социальные и медицинские аспекты проблемы.

Разнообразие спиртных напитков было способно удовлетворить любые вкусы. Слабые, средней крепости, крепкие, и очень крепкие. Сладкие и не сладкие. Соответственно значительно расширился круг поклонников данной продукции. Ну а многие очень быстро перешли в разряд постоянных потребителей.

Самое распространенное возражение – не умеешь пить, не пей! Что тут возразишь? Но, вот в чем загвоздка – как узнать-то, вот лично я, пить умею или нет? К сожалению, только на примере своего, часто уже горького, опыта.

Все дело в том, что скорость формирования алкогольной зависимости у всех людей разная. Наркологи выделяют три варианта: высокопрогредиентный (самый быстрый), среднепрогредиентный (ну, обычный, что ли), и низкопрогредиентный (медленный тип, для уважаемых россиян наименее типичный).

Так вот, если использовать термин из ядерной физики (не пугайтесь заранее), то можно условно говорить про суммарный набор «критической массы» выпитого алкоголя. После чего происходит закономерный и ожидаемый «ядерный» взрыв в виде сформированного алкоголизма.

При каждой скорости объем разный. В первом случае – это, предположим, квасная бочка, во втором – автоцистерна, а в третьем – тоже цистерна, но уже железнодорожная. И никто изначально не знает, какой лично у него «резервуар». Где тот самый Рубикон, перейдя который обратного пути уже нет. В общем, знать бы прикуп, жить бы в Сочи…

И еще. Каждый объем можно выпить с разной скоростью. Это уже от самого человека зависит. Можно приналечь и быстро прикончить железнодорожную тару, а можно и маленькую бочечку растянуть на все 100 лет. Поэтому так часто и приходится слышать от пациентов, что вот Иван Иванович больше и дольше меня пьет, а запоев у него нет, да и вообще он как огурчик. А у меня есть… Почему?

Несправедливо это… На самом деле тут все просто. У каждого выпивающего Рубикон свой. Последняя капля, последняя рюмка, последний бокал. После чего пути назад уже нет.

Точка невозврата остается далеко позади. И наивно с завистью смотреть на молодого человека с бутылкой пива в руке. «Ну почему ему можно, а мне уже нельзя?» Его Рубикон еще впереди.

Меня часто спрашивают: какие дозы алкоголя можно считать безопасными для организма. Сложный вопрос. И никто не знает на него точного ответа. Наиболее часто упоминаются следующие, относительно безопасные, объемы алкогольных напитков, употребленных за сутки. Это порядка 20-30 мл. крепких спиртных напитков, порядка 100 мл. натурального вина, 200-250 мл. пива.

Не наш стиль, Вам не кажется? Да и как-то сомнительны эти подсчеты. Во-первых, если каждый день, то за месяц совсем не мало получится. Где-то на самой границе риска. Но, допустим, каждый день не будем. Но старт дан.

Во-вторых, как уже было сказано, чувствительность к спирту у всех разная (у кого-то – сверхсильная), а еще ведь есть психологические причины.

Так что, вопрос крайне неоднозначный. Может быть, кому-то начинать ни в каких дозах не следует. Особенно если есть генетическая предрасположенность.

Теперь давайте посмотрим, а чем же спирт этиловый является с позиции медицины. Традиционно зависимость от психоактивных веществ разделяют на три группы: наркомания, токсикомания и алкоголизм. Вроде бы алкоголизм стоит отдельно от таких некрасивых названий как наркомания и токсикомания. Но медицинские критерии отнесения вещества к вызывающим болезненную зависимость, точны и недвухсмыслены:

– 

способность изменять психическое состояние, вызывая некие приятные для человека состояния;

– 

способность вызывать психическую зависимость – проще говоря, тягу к повторному приему;

– 

способность вызывать физическую зависимость – в виде синдрома отмены – так хорошо знакомое состояние абстиненции или проще, похмельного состояния;

– 

рост переносимости вещества при длительном его употреблении.

Чтобы вещество стало уж совсем наркотиком (конечно, при наличии критериев медицинских) необходимо всего лишь на государственном уровне отнести его к списку наркотических препаратов. Список регулярно пополняется и изменяется.

Если же вещество явно зависимость вызывает, а в списке его пока нет – то это, токсикомания. Все очень просто и прозрачно. Да, еще имеет значение использование вещества в немедицинских целях…

И отдельно выделен алкоголизм! Чем же он заслужил отдельную позицию? А, по сути, – ничем.

Психическое состояние меняет? А как же… Иначе кто бы его тогда пил.

Психическую зависимость вызывает? А, то… Любой пьющий вам лекцию про тягу к алкоголю прочтет. Как его тянет, когда и после чего.

Может хоть бы физическую зависимость не вызывает? Да, нет. Еще как вызывает. Утром, часиков в 5-6 утра выйдете на улицу своего родного города, поселка или деревни. Уже выходили? Тогда я думаю все понятно. Значит, и похмельный синдром присутствует. И еще какой.

Идем дальше. А что у нас с ростом переносимости (или толерантностью, как привыкли говорить наркологи)? Растет миленькая, еще как растет. Сначала и ста граммов хватало, потом и пол-литра мало.

Значит с позиции медицины – алкоголь – это банальный наркотик? Или, по меньшей мере, вещество, вызывающее токсикоманию? И пора его включать в официальный список (кстати в некоторых государствах так и делают). По-честному, должен быть он там, пусть даже в несуществующей рубрике разрешенных к использованию «в праздники» наркотических препаратов. Но, ведь, если в этом признаться, получиться, что на общегосударственном уровне, мы наркотики населению продаем? Согласитесь, некрасиво как-то получается.

Поэтому у нас он – пищевой продукт. Заметьте, важный, стратегический пищевой продукт. Думаю, при таком подходе к кормлению, голодными мы никогда не будем…

Если нам хорошо известно, что алкоголь – вещество вызывающее болезненную зависимость, и все же повсеместно и совершенно легально используемое, нужно найти этому явлению какое-то красивое объяснение. Например, японцы зачем-то едят рыбу Фугу, не смотря на риск погибнуть… И даже находят этому весьма оригинальное философское и эстетическое объяснение. Возможно, и в нашем случае есть некий эстетический мотив приема спиртного? Или все-таки что-то иное?

Безусловно, существуют люди, тонко чувствующие вкусовые оттенки вина, благородных сортов виски, коньяка и прочих спиртных напитков. Большинство из них к алкоголю относятся как парфюмер к духам. А духов, чтобы почувствовать их неповторимый аромат, как правило, не нужно много. Не даром профессиональные дегустаторы напиток, который они оценивают, не глотают вовсе. Выплевывают, а потом еще и рот полощут.

Согласитесь, встретить таких ценителей среди обычных граждан можно чрезвычайно редко. А после первого пол-литра виски или коньяка, все алкогольные напитки приобретают одинаковый вкусовой оттенок. Да, и утром толком не вспомнишь, чего пробовал.

Дайте маленькому ребенку конфету. Даже если он их еще никогда не пробовал, я уверен, что она не вызовет у него отвращения, как впрочем и спагетти. Но, угостите ребенка водкой или самым дорогим коньяком. Скорее всего, он выплюнет эту «вкуснятину» и не оценит «божественный» вкус и аромат.

Почему-то мало кто хочет пить безалкогольный экстракт из лучших коньяков или виски, передающий их ни с чем не сравнимый аромат и вкус. Как впрочем, особым успехом не пользуется и безалкогольное пиво. Так значит, истинная ценность спиртного – заключается в чем-то другом? И сидя весь вечер с одним бокалом коньяка у камина (в который обычно наливают от 30 до 50 грамм напитка), ощущая его действительно неповторимый аромат, так и не наберешь «рабочую» дозу алкоголя? Те 500-750 мл., так необходимых для качественного опьянения и комфорта?

То же, можно сказать и о качественном, дорогом вине. Интересным и понятным бывает первый бокал, дальше алкоголь притупляет вкусовую и обонятельную чувствительность. И о качестве и происхождении вина остается догадываться по надписям на бутылках…

Эстеты, задайте себе вопрос, как часто, начав дегустировать, вы действительно ограничивали себя одной «дозой» спиртного? Получив при этом фейерверк незабываемых чувств? Или, все же, именно само опьянение, даже такое «красивое», из такой красивой бутылки, именно оно, являлось причиной и конечной целью дегустации?

Я никого не хочу обижать, но… Иногда выводы напрашиваются сами собой. Увы…

Хотя, истинные ценители действительно существует… Но боюсь, большинство из нас с таковыми не знакомы. Не наш это формат. Особенно, если речь заходит об употреблении водки.

На мой взгляд, никакие разговоры про эстетику употребления спиртных напитков не смогут оправдать тот непоправимый урон, который они наносят человеку и целым нациям. И эстетика их употребления не более, чем «входные ворота» в царство алкоголизма.

Про крепкие спиртные напитки вообще разговор особый. Мы же все прекрасно знаем, что естественное брожение не даст нам высокой крепости. Максимум 13-15% спирта. Между прочим, данное ограничение связано с тем, что при большей концентрации алкоголя сами микроорганизмы, производящие спирт гибнут, что уже, само по себе, наводит на печальные размышления.

Именно 13-15% своеобразный предел, в рамках которого напиток остается «натуральным».

Можно, конечно, пить и напитки естественного брожения. Но, во-первых, их нужно много, или очень много. Во-вторых, в целом, это получается накладно. В-третьих, и это наверно самое главное, банально долго. Долго пить, много тостов, больше закуски и так далее. Много всего того, что снижает скорость набора требуемой дозы и достижение необходимого опьянения. А это, мешающие алкогольному «счастью», факторы. Если важен вопрос набора объема алкоголя в организме, а именно он определяет «успешность» выпивки, то зачем же платить больше или перегружать организм лишней жидкостью?

Изобретательное человечество очень быстро нашло решение всех проблем… Перегонный аппарат, способный повышать содержание алкоголя в продукте практически до 100%. Получаемая самогонка или продукт промышленной перегонки доводится до «разумной» для приема концентрации. Наиболее часто до 35-45%. И вот теперь все становится на свои места. И выпить нужно не 3-4 литра, а те пресловутые 500-750 мл. Да, и быстро все. И по-мужски. И, по-женски, к сожалению тоже.

Но водка, это как-то не благородно, что ли…

Конечно не для всех и не всегда. Но, кто-то комплексует по поводу недостатка эстетики.

Тут нам на помощь приходят различные технологии, делающие банальную смесь спирта и воды благородным напитком. Так появились разнообразные коньяки, арманьяки, виски, джины, граппа, сливовица, ракия и так далее. Да и цена перестала быть демократичной, что для промышленного производства, отнюдь, не маловажно.

Теперь в алкоголизме нас не заподозрить! Ведь мы пьем не дешевую водку, как пьяница дядя Вася. Мы употребляем дорогие коньяки, виски и прочее. Дорого. И, к сожалению, часто очень много.

Однажды, мне лично, пришлось наблюдать такую картину. Уважаемые и уважающие друг друга люди, отмечали день рождения коллеги. Я тоже зашел поздравить его. Особым пафосом этого стола был дорогой французский коньяк, Он был, если хотите, символом того, что эти люди кое-чего достигли в этой жизни. Правда, пили они этот пафосный напиток гранеными стаканами.

Чтобы «уесть» и Францию и ее виноделов, показав истинный размах русской души. Когда я спросил, зачем же вот так с коньяком, ведь его кто-то делал больше 30 лет, мне ответили, что они не какие-нибудь алкоголики, чтобы пить водку. Поэтому дорогущий коньяк и стаканами. И одним за другим. И каждый выпил в среднем по 750-1000 мл. указанного напитка. Франция пала…

Развитие алкогольной болезни подразумевает все меньшую и меньшую разборчивость и придирчивость к качеству напитков. Это, просто вопрос времени и развития безразличия к себе. Увы.

Приходится со всей очевидностью признать, что алкоголизм бывает дешевый и дорогой. Для всех и для избранных. Но, суть от перемены мест слагаемых не меняется.

Теперь несколько слов про качественные и некачественные спиртные напитки. Качественное – это всегда хорошо. И в нашем случае, наверное, тоже. Глупо спорить. Только правда до тех пор, пока «качество не переходит в количество».

Безусловно, качественный алкоголь несет в себе значительно меньшее количество вредных примесей, чем дешевый и некачественный. И если бы алкоголика алкоголиком делали только сивушные масла или какая-нибудь прочая гадость, то проблема качественного алкоголя полностью бы решала проблему пьянства. А алкоголизм мы бы лечили исключительно максимально очищенным спиртом.

Однако, дело тут в самом этиловом спирте и только в нем. А он, как известно, есть и в качественных и некачественных спиртных напитках. И в случае параллельного употребления двумя людьми, одним качественного, а другим – некачественного алкоголя, через приблизительно одинаковое время мы будем иметь двух похожих пациентов, хотя и с разной степенью поражения внутренних органов. Проще говоря, можно говорить лишь о физиологически более благоприятном и неблагоприятном алкоголизме. Вот и все отличия. И еще раз, увы!

Естественно я не говорю об употреблении откровенно токсичных суррогатах алкоголя. Например, политуре, антифризах, метиловом спирте. Эти просто и незатейливо убивают. Практически сразу.

Кстати, на ум приходит старый анекдот. Про то, как на улице лежала запечатанная бутылка как бы водки.

Первый, нашедший ее алкоголик, открыв и понюхав, понял, что это водка, сделал глоток. И сразу умер.

Следующий, шедший, увидев и труп и недопитую бутылку, сделал вывод, что умер первый, уж никак, не от нее. Сомнения были, но тоже выпил. И тоже умер.

Но, был и третий. Самый осторожный.

Он долго смотрел на покойников, пристально изучал бутылку и приговаривал: «Но ведь водка же…, ведь водка же…». А затем с громким криком: «Люди, помогите!», все же, – выпил из нее…

В этом смысле у нас страна великих экспериментаторов. До сих пор продолжаем пробовать «на вкус». Как наши древние предки. Действительно, а как еще узнать-то: от этой красной жидкости умрешь или только покалечишься? Трубы-то горят…

Мне много раз приходилось от людей пьющих слышать рассказы, что раньше он не мог даже представить, что когда-нибудь ему будет все равно, что пить. Лишь бы выпить, лишь почувствовать себя пьяным. Как впрочем, никто не представлял себе, даже в самых страшных фантазиях, что когда-то он станет заурядным алкоголиком. О таких вещах люди не мечтают…

А вот еще один момент, про который необходимо поговорить – наследственность или генетика заболевания. Оставить ее в стороне невозможно. Так много сейчас про нее говорят и пишут. Гены алкоголизма почти найдены. Тайна мадридского двора разгадана… Или все же нет?

Начнем с самых азов. Генетические заболевания – это, к сожалению, почти всегда предопределенность. Что-то, что с высокой вероятностью должно произойти. В геном человека мы еще не научились вмешиваться и что-то эффективно там менять. По крайней мере, пока.

Но очень часто мы путаем термины. В данном случае – генетические болезни и наследственную предрасположенность.

Все дело в том, что если совокупность генов дает нам болезнь, то каких-либо внешних вредностей чаще всего для ее развития не нужно. Все записано в генах. Чему быть, а чему нет.

Совсем другое дело, наследственная предрасположенность, то есть, некий риск развития той или иной патологии, но при обязательном условии присутствия иных внутренних или внешних причин, запускающих заболевание.

В случае алкогольной зависимости – кроме предрасположенности, то есть наличия набора генов, обеспечивающих более быстрое и злокачественное развитие зависимости, нужно, как минимум, еще кое-что. И это кое-что – сам алкоголь, точнее его регулярный прием. Гены не заставляют пить человека. Человек пьет сам. Он сам себе придумывает вразумительные или невразумительные причины для его употребления. Несмотря на знакомство со своей «алкогольной» наследственностью.

Конечно, было бы проще видеть в алкоголизме генетический сбой. У человека некий набор генов, и он, до какого-то времени, просто не знает, что такое алкоголь. Но его уже к чему-то неодолимо тянет. Он никак не разберется, вот к чему же? А тут, пожалуйста, первое знакомство с алкоголем и бац – он без алкоголя уже не может.

А вот и нет. Может пока. Еще как может. Это крысу в эксперименте мы можем так сделать алкоголиком, после первого знакомства со спиртным. Просто постоянно вместо воды предлагая ей спиртсодержащую жидкость. То есть, не оставляя ей никакого выбора. А если на начальном этапе альтернатива в виде чистой воды будет, то не споить нам крысу, не споить. Воду она предпочтет. То есть крысе проблема не нужна. Чего про человека сказать гораздо сложнее.

У любого человека, всегда альтернатива есть, не правда ли? А гены определяют скорее скорость развития болезни, ее особенности и возможно прогноз. Но не являются предопределенностью и врожденным приговором.

А вот когда человек попробовал, – вот на этом этапе, кроме генетической предрасположенности, подключаются многочисленные психологические и социальные факторы.

>